Не только иностранные делегации приезжали на наши заводы. Бывало, что и наши рабочие делегации приезжали к ним, по обмену передовым капиталистическим опытом, так сказать.
Как-то работал со мной один токарь, по фамилии Грач. Ну токарь от бога, хотя и на фрезерном да и почти на любом другом станке мог сбацать. Вот в качестве поощрения и попал он однажды в такую делегацию на автостроительные заводы Западной (тогда еще) Германии. Главный обмен опытом конечно заключался в шаровых банкетах, за счет профсоюза. Тем более, что денег им обменяли в количестве 8 ихних марок, не разгуляешься. Однако надо и свою марку держать. Так что по заводам ходили с серьезными мордами и умные вопросы задавали, чтоб значит не смотрели на них, как на дикарей из прошлого века.
Вот в какой-то момент подводят их к рабочему, который точит очень ответственный вал для автомобиля. Работает по немецки обстоятельно, размерчики все проверяет, проходит с малой подачей, не спеша... ну ясно, немец. Бригадир его объясняет, что деталь очень точная, допуски там и все такое, на изготовление уходит ровно 1 час и 23 минуты... тут гудит сирена, наш немец останавливает станок и отправляется на обед - дисциплина превыше всего.
И тут один из наших решил наконец показать, что мы тоже не лыком шиты. Спрашивает бригадира:
- А можно мне эту деталь закончить?
- Пожалуйста, если сможете.
Ну наш смотрит на лежащий тут же чертеж, все понятно, токарь то высшего разряда. Ну и приступил. Для начала прибавил оборотов, подачу увеличил, поехали.... через минут 15 заканчивает вал, снимает, отдает бригадиру. Тот вежливо улыбается, снимает размеры - все в допуске. Бригадир причмокивает губами, мол здорово, а наш разохотился - давай еще один сделаю. Ну давай.
Ставит заготовку, врубает, минут через 45 готов еще один. Наши все грудь колесом, мол знай наших. Возвращается токарь. Смотрит в непонятках на происходящее, начинает по немецки с бригадиром объясняться, причем тон идет на повышение. В конце концов машет рукой, отправляет два только, что выточенных вала в ящик для отходов и принимается за работу. Обидно как-то, наши рвутся доказать, что смотри, все же по допускам, но тут переводчик так тихо говорит, ребята, пошли отсюда. Отошли подальше, переводчик и объяснил, что, по словам немца, при такой скорости резки не выдерживается температурный режим, вал перегревается, меняет структуру металла и пробегает в результате вдвое меньше положенного. А обижался немец на то, что запороли почти готовую деталь и лишили его честного заработка. На этом стахановское движение за рубежом и закончилось.